Крипта и закон в Беларуси

Инвойсинг в криптовалюте для самозанятых и ИП в Беларуси: как это устроено по закону

Опубликовано 11/08/2026

Тема оплаты в криптовалюте особенно болезненна для тех, кто работает с иностранными заказчиками: фрилансеров, ИП и самозанятых на НПД. Долгое время формулировка "можно принимать USDT через лицензированные платформы" звучала как общее пожелание, а не как чёткая правовая норма. В 2026 году появился первый закон, который прямо разрешает такую схему, но между "закон принят" и "механизм реально работает" в Беларуси сейчас лежит заметная дистанция. Разбираем оба слоя вопроса: можно ли вообще законно получить оплату в крипте, и как облагается налогом сама операция с токеном.

Два разных вопроса, которые легко перепутать

Первый вопрос: имеет ли фрилансер, ИП или самозанятый право в принципе получить оплату за работу в криптовалюте. Второй вопрос: как облагается налогом сама операция с токеном, когда крипта уже оказалась на руках. Это разные нормы права, и путать их не стоит: можно легально владеть и конвертировать токен, но при этом не иметь права принять его как оплату за услугу.

Можно ли принять крипту как оплату за услугу

Официальная позиция Министерства по налогам и сборам была прямой: физические лица, включая фрилансеров, не имеют права получать плату в криптовалютах за оказание работ и услуг, а также реализацию товаров, потому что единственное законное платёжное средство на территории Беларуси — белорусский рубль, а при расчётах с иностранцами допустима иностранная валюта, но не токены. Это не техническая деталь, а прямой запрет на сам факт приёма криптовалюты как формы оплаты, а не только на её последующий вывод в фиат.

Указ №19 "О крипробанках и отдельных вопросах контроля в сфере цифровых знаков (токенов)" от 16 января 2026 года впервые пробивает в этом запрете узкую легальную брешь. Согласно Положению о деятельности крипробанков, использование токенов как средства расчёта допускается для физических лиц, занимающихся ремесленной деятельностью, деятельностью в сфере агроэкотуризма, а также самостоятельной профессиональной деятельностью, то есть самозанятых на НПД, у которых нет нанимателя и которые не привлекают других людей по трудовым или гражданско-правовым договорам. Условие узкое: токены должны поступать на криптоаккаунт, открытый именно в лицензированном крипробанке, и именно как встречное предоставление по договору с нерезидентом.

Это не общее разрешение принимать крипту от кого угодно и куда угодно, а конкретный канал: конкретная категория плательщиков, конкретный тип контрагента (нерезидент), конкретная точка входа (криптоаккаунт в крипробанке).

Указ уже действует, но механизма для его использования пока нет

Здесь важно разделить две вещи: правовую норму и работающую инфраструктуру.

Норма действует. Основные положения Указа №19 вступили в силу 18 июля 2026 года, вместе с детальным постановлением Нацбанка №167 от 10 июля 2026 года, которое регламентирует пруденциальные требования к крипробанкам. То есть с юридической точки зрения механизм уже почти месяц как существует.

Институтов, через которые эта норма реально заработает, пока нет. Чтобы получить статус крипробанка, компании нужно пройти три шага: зарегистрироваться как акционерное общество, получить статус резидента ПВТ именно под деятельность крипробанка, затем попасть в реестр крипробанков Нацбанка. По состоянию на актуальные источники ни один крипробанк ещё не завершил эту процедуру, речь пока идёт о прогнозах в духе "первые лицензированные организации появятся во второй половине 2026 года".

Есть и содержательный риск помимо сроков. Требования к капиталу крипробанка высокие: обеспечительный безотзывный вклад в Нацбанке от 10 млн рублей, минимальный капитал от 30 млн рублей. Это заставляет наблюдателей задаваться вопросом, будут ли первые крипробанки вообще ориентированы на обслуживание рядовых резидентов вроде самозанятых, или в первую очередь на обслуживание крупных международных крипто-потоков, для которых такой порог входа несущественен. Прямого запрета работать с резидентами в указе нет, но бизнес-модель первых игроков может сложиться не в пользу массовых сценариев вроде оплаты фриланс-услуг.

Таймлайн одной строкой: указ подписан 16 января 2026 — нормы вступили в силу 18 июля 2026 — институтов для их применения пока не существует — сроки первых крипробанков под вопросом. Практический вывод: сегодня легально принять крипту за услугу через этот канал ещё нельзя, несмотря на то что закон формально уже действует.

Как облагается сама операция с токеном

Это отдельный слой регулирования, статья 202-1 Налогового кодекса, которая действует с 1 января 2025 года и касается именно операций с уже полученными токенами: покупки, продажи, обмена, вывода в фиат. Здесь ключевое значение имеет не статус получателя как таковой, а то, идёт ли операция через резидента ПВТ.

Для физических лиц. Операции с токенами через резидентов ПВТ (Whitebird, Dzengi и другие операторы из официального реестра) не признаются объектом налогообложения подоходным налогом. Декларировать такие операции и платить с них налог не нужно. А вот операции, совершённые не через резидентов ПВТ, будь то зарубежная торговая площадка, иностранная организация или сделка между физлицами напрямую, облагаются подоходным налогом по ставке 13%, при сокрытии дохода или нарушении сроков отчётности ставка повышается до 26%.

Для индивидуальных предпринимателей. Ставка зависит не от самого факта наличия статуса ИП, а от того, является ли этот ИП резидентом ПВТ. ИП-резиденты ПВТ платят 9% с операций с токенами. Остальные ИП, без статуса резидента ПВТ, платят по общему правилу 20%, а если доходы от таких операций за год превысят 500 000 рублей, ставка поднимается до 30%.

Для юридических лиц. У резидентов ПВТ ставка налога на прибыль по операциям с криптовалютой составляет 9%, у прочих организаций действует общеустановленная ставка 20% либо 25%, если валовая прибыль нарастающим итогом с начала года превысила 25 млн рублей, у операторов сотовой связи отдельно 30%.

Как это соединяется с НПД

Налог на профессиональный доход покрывает вознаграждение за услугу из разрешённого перечня видов деятельности (постановление Совмина №457), полученное деньгами. Приём самой крипты как формы оплаты за услугу в этот перечень не входит и, как показано выше, прямо запрещён вне узкого канала через крипробанки. Статья 202-1 НК регулирует не факт получения оплаты, а именно операцию с уже имеющимся токеном, и эта операция не облагается налогом только если проходит через резидента ПВТ.

Отсюда практический вывод для тех, кто уже работает или планирует работать с НПД и иностранными клиентами:

  • Сегодня легально принять оплату именно в крипте за услугу нельзя, кроме узкого канала через крипробанки, который существует на бумаге, но не работает физически.
  • Если крипта уже оказалась на руках любым иным образом, конвертировать её стоит строго через резидента ПВТ: тогда сама операция конвертации не облагается налогом, но это не отменяет вопрос о законности изначального получения такой оплаты.
  • НПД как режим сам по себе не покрывает и не легализует операции с токенами: это два параллельных, а не взаимозаменяющих слоя регулирования.

Что делать уже сейчас

  • Продолжать работать с иностранными заказчиками в фиате (валюте) до появления первого реально действующего крипробанка, если цель — именно легальный приём крипто-инвойса.
  • Следить за реестром крипробанков Нацбанка, а не только за фактом выхода указа: разница между "закон принят" и "механизм доступен" здесь принципиальна.
  • Если конвертируете уже имеющуюся крипту в BYN, делать это строго через резидентов ПВТ из официального перечня, чтобы конвертация была не только легальной, но и не облагалась подоходным налогом.
  • Не полагаться на неформальные схемы получения оплаты в крипте: за это предусмотрена административная ответственность по ст. 13.3 КоАП вплоть до конфискации дохода, а сам факт приёма крипты как оплаты долго и прямо был обозначен регулятором как незаконный.

Источники

Частые вопросы